Она умирала…Я с болью и горечью смотрела на осунувшееся и неестественно бледное лицо. Такое родное и некогда живое. Она была такой подвижной, такой активной… я и не думала, что однажды утром найду её спящей на подоконнике, свернувшейся словно котёнок, с белыми губами, будто сама смерть целовала её всю ночь, и кровавыми от напряжения глазами. Они потухли. Она умирала…Я пыталась узнать что случилось, но в ответ получала только грустную улыбку. Она не проронила ни слова. Ни звука. Казалось, будто она и дышать перестала. Иногда что-то писала на листике и показывала мне.Ночь перестала быть спокойным временем суток. Она кричала во сне. Мутные слёзы стекали по её щекам, но ничто не могло разбудить или отвлечь от кошмаров. Моя дочь умирала…Случалось, что она подбегала к окну, с надеждой всматривалась в даль, глаза начинали светиться, а потом вновь гасли. Она билась в истерике словно птица в клетке. И будто-то бы её тело стало слишком тесным для души — она раздирала на себе кожу, пытаясь освободить её.Врачи разводили руками, не понимая что произошло. А я понимала. Человек, каким бы сильным он не был, не сможет прожить без своей души. Она пыталась вернуть её, впустить в своё тело, а не выпустить. Я всё понимала… Ведь моя плоть и кровь умирала…
Но Она красиво жила.